Развитие зеленой энергетики в Казахстане – миф или реальность?
В память об ЭКСПО
Владислав Гарбовский – главный инженер ТОО «ЦАТЭК Green Energy». Работает в компании с 2018 года. На его глазах прошел полный цикл строительства и запуск ветровой электростанции «Астана EXPO-2017», которая располагается в селе Костомар Аршалынского района Акмолинской области, в 35 километрах от столицы Казахстана.
«На нашей ветростанции 29 ветровых турбин. Мощность каждой ветровой турбины составляет 3,45 МВт. Номинальная мощность ВЭС – 100 000 кВт. Производитель оборудования – датская компания Vestas – мировой лидер по производству ветрогенераторов. Рабочий диапазон скорости ветра наших турбин – от 3 до 30 метров в секунду, при этом на номинальную мощность они выходят при скорости ветра 12 метров в секунду. В первом пусковом комплексе – 15 турбин. Диаметр ротора – 112 метров, высота башни – 84 метра. Во втором – 14 турбин с диаметром ротора 117 метров и высотой башни 80 метров. Вся вырабатываемая энергия поступает на подстанцию сбора мощностей, которая расположена на территории ветропарка. Затем она повышается до напряжения 220 киловольт и поступает в сети системного оператора KEGOC», – рассказал Владислав.
«Объекты ВИЭ напрямую зависят от природных факторов. Если мы говорим о ветровой электростанции, мы непосредственно зависим от располагаемого ветрового потенциала. В чем главные проблемы развития альтернативных источников энергии?! Дело в том, что из-за изменения скорости ветра мы выдаем, бывает так, больше или меньше энергии, чем прогнозировалось. Из-за этого в сети системного оператора АО «KEGOC» происходит дисбаланс – либо переизбыток, либо острая нехватка электроэнергии. В связи с чем хорошая помощь была бы от объектов маневренной генерации. В чем их плюс?! Маневренные источники производства энергии обладают минимальным временем, необходимым для запуска в работу оборудования. К примеру, газотурбинная станция может набрать мощность в течение пяти минут и перекрыть тот дисбаланс, который возникает в сетях системного оператора. Кроме маневренных станций, необходимо внедрение систем накопления электрической энергии. Поэтому, возможно, скоро новые строящиеся объекты зеленой энергетики обяжут иметь маневренные станции или системы накопления энергии», – говорит инженер.
Однако будет ли это так на самом деле? Предлагаем вашему вниманию мнения экспертов.
«Уровень развития зеленой энергетики и достижение углеродной нейтральности напрямую коррелируются с уровнем развития демократии»
Известный экономист и общественный деятель Айдар Алибаев считает, что темпы развития зеленой экономики в Казахстане оставляют желать лучшего.
«Во-первых, низкие инвестиции в эту сферу. У нас довольно сложный инвестиционный климат в стране. И, как известно, период, когда иностранные компании заходили в нашу страну инвестировать во что-либо, уже прошел. Многие из них столкнулись с тем, как трудно вести бизнес в Казахстане – очень высокая коррупция мешает этому. Вторая причина – у нас много угля, много газа, а зачем развивать, когда этого добра навалом? Гораздо удобнее и проще работать по старинке, чем морочить голову всякой новизной. Это типичная логика казахстанского чиновника. Третий момент. СЭС и ВЭС еще достаточно дорогие, поэтому их внедрение идет медленно, чем в богатой Америке или Европе. Ну и четвертый аспект. Наши чиновники вообще не в состоянии реализовывать такие вещи. Они могут написать красивые программы, красивые проекты, но реально сделать ничего не могут. Подтверждением моих слов является ЭКСПО, на которое, по разным оценкам, потрачено около $3 миллиардов. Организаторы кричали на весь мир, что зеленая экономика, ВИЭ решит все наши проблемы, что в стране будут внедряться зеленые технологии. А сейчас это никто не хочет вспоминать. Потому что ЭКСПО и его результаты оказались полностью провальными», – утверждает Айдар Алибаев.
Критически он относится и к заявлениям о том, что в Казахстане намерены довести долю возобновляемой энергетики в общем объеме производства электроэнергии до 6% в 2025 году, к 2030 году – до 15%, а к 2050 году на возобновляемые и альтернативные источники энергии должно приходиться не менее половины всего энергопотребления.
«Я считаю, что это нереально вообще. Потому что, во-первых, это дорого, во-вторых, у нас нет никаких собственных технологий, никаких изобретений в этой сфере, у нас нет собственного производства, допустим, тех же ветряков. А зарубежные инвестиции в эту сферу не зайдут. Они не заходят даже в более выгодные сферы, а уж в эту тем более. Ну а то, что чиновники говорят… слушайте, неизвестно, где они через год будут находиться. Поэтому самый безопасный для них путь – рисовать перспективные планы на 10, 20, 30 лет вперед, выбивать под них деньги, а потом успешно эти деньги осваивать непонятно куда без реального результата.
Сегодня у Министерства энергетики отсутствует какой-либо внятный план развития отрасли. Мы видим, что вся инфраструктура энергетики Казахстана фактически советская, она везде рвется. Различные компании-«прокладки» на всех этапах увеличивают только стоимость электроэнергии, ничего не вкладывая и ничего не делая в этой сфере. Более того, под видом модернизации электросетей, электростанций, узлов те, кто этим занимается, всегда тянут вверх цены за киловатт-час. А когда они получают согласие на увеличение тарифа, то неизвестно куда уходят эти дополнительные прибыли. А состояние инфраструктуры остается в том же виде, в каком она все эти 30 лет находится. Износ достиг уже 80-90%. Фактически отрасль находится в критическом состоянии. И я не вижу реального выхода из этой ситуации до тех пор, пока не будет реальных политических реформ в стране, без которых невозможны реальные изменения во всех отраслях экономики, в частности в энергетике», – убежден экономист.
По мнению Айдара Алибаева, положение с дефицитом электроэнергии 1,3 ГВт не улучшит даже строительство атомной электростанции.
«На мой взгляд, Казахстан не нуждается в атомной энергетике. Первая причина – нас нет такой промышленности, нет таких сфер потребления энергии, для которых требовалась бы атомная электростанция, которая является исключительно дорогостоящей. Если мы серьезно вложимся в существующую энергетическую отрасль, ее модернизацию, тем самым можем себя обеспечить достаточной электроэнергией. Известно, что сегодня потери в энергетике составляют 30%. Тем более сами мы АЭС построить не в состоянии. Это должны будут делать иностранные компании. А значит, мы попадем в очень сильную зависимость от государства, которое нам построит ее. В результате они могут нами манипулировать, имея серьезные рычаги. Поэтому считаю, что строительство АЭС в Казахстане – это не энергетический вопрос, не технический и даже не экономический. Это вопрос политический, требующий очень серьезного изучения. К тому же мало того, что строительство АЭС очень дорогое, так еще расходы на ее эксплуатацию достигают огромных величин и буквально за несколько лет превысят стоимость самой АЭС», – резюмировал спикер.
Мощность объектов ВИЭ Казахстана в 20 раз превышает силу зеленой энергетики всех стран Центральной Азии
Менеджер проектов по ВИЭ и изменению климата Казахстанско-Немецкого университета Алексей Кобзев существующее положение с развитием в стране зеленой энергетики интерпретирует совершенно иначе.
«Хочу подчеркнуть, что темпы роста зеленой энергетики в Казахстане достаточно впечатляющие. Казахстан однозначно лидер в Центральной Азии по установленной мощности объектов с ВИЭ. В 2009 году страна взяла курс на развитие возобновляемой энергетики, и дальнейшая реализация поставленных задач успешно продолжается. Вот некоторая статистика. Министр энергетики РК Б. Акчулаков в марте этого года заявил, что в 2021 году фактически реализовано 19 проектов ВИЭ суммарной мощностью 393 МВт. Сумма инвестиций составила порядка $400 млн. По итогам 2021 года на территории республики функционируют 134 действующих объекта ВИЭ суммарной мощностью 2010 МВт. Сейчас доля выработки ВИЭ в общем объеме производства электроэнергии составляет 3,7%. На мой взгляд, к 2025 году этот показатель достигнет 6%. Дальнейшая динамика зависит от ряда факторов: стремительно растущий спрос на электроэнергию, очень быстрое внедрение новых технологий, которые стремительно удешевляют производство энергии из возобновляемых источников», – объясняет Алексей.
Кстати, согласно прогнозам IRENA (Международное агентство по возобновляемым источникам энергии), установленная мощность объектов ВИЭ должна вырасти в 10 раз, чтобы к 2050 достичь целей Парижского соглашения, которое Казахстан ратифицировал в 2016 году и обязался сократить выбросы парниковых газов на 15% к 2030 году путем мобилизации инновационных решений с участием частного сектора. При этом стране параллельно с этим необходимо решать проблему возрастающего энергодефицита.
«Заявленная правительством структура новых энергетических мощностей, необходимых Казахстану к вводу к 2035 году, включает в себя 6,5 ГВт объектов по использованию возобновляемых источников энергии (ВИЭ), выше 5 ГВт газовой генерации, более 2 ГВт гидроэлектростанций, 1,5 ГВт угольной генерации, а также 2,4 ГВт атомной генерации. Думаю, что это обоснованные и подкрепленные соответствующими стратегическими документами цифры. Это достижимые цели, особенно в области зеленой электроэнергии. Ведь на данный момент стоимость производства возобновляемой энергии во всем мире и в Казахстане стремительно дешевеет и уже приближается к стоимости производства обычной электроэнергии, которая производится при сжигании угля и других углеводородов. При этом стоимость затрат на капитальное строительство, например, солнечной станции, уже значительно меньше, чем затраты на строительство такой же по мощности ТЭЦ. Фактически это начало зеленого перехода в Казахстане. Просто следует помнить, что на развитие энергетики влияют и другие факторы: цифровизация экономики, декарбонизация энергетики, внедрение систем энергосбережения, повышение энергоэффективности, доступность технологий и инноваций. Поэтому при всем огромном желании энергетический переход невозможно быстро осуществить», – заявляет Алексей Кобзев.
Он также опровергает стереотип о том, что зеленая энергия очень дорогая и, кроме того, приводит к росту тарифа и дефициту маневренной генерации.
«В Казахстане средняя окупаемость крупной солнечной станции 100 МВт с учетом «зеленого тарифа» и обязательства государства закупать эту электроэнергию составляет 5-7 лет, а его средний срок службы – 25-30 лет. То есть солнечная станция окупает себя и еще приносит трехкратную прибыль за период до 30 лет. Учитывая, что инвестиции в этом случае составляют более $100 млн, то и прибыль оказывается соответствующей. Небольшие солнечные установки, например, для дома, окупаются еще быстрее и, соответственно, приносят большую прибыль за срок службы.
Пока ВИЭ занимают только 3,7% от общего объема производства электроэнергии в Казахстане, соответственно, они не могут значительно влиять на проблему недостатка маневренных мощностей и рост тарифов. Главная проблема в том, что до сих пор электроэнергетика – ее производство и транспортировка – остаются дотационными отраслями. Себестоимость производства и доставки этой электроэнергии потребителям сегодня в разы выше, чем цена, которую мы видим в коммунальных платежах», – заключил эксперт.
Дулат Тулепов